Валерий Леонидович Лукашевич — гонка, длинною в жизнь.

Валерий Леонидович Лукашевич — мастер спорта по автоспорту, призер чемпионата Советского Союза, член национальной сборной СССР, многократный чемпион БССР, участник многих международных соревнований, судья всесоюзной категории. Сегодня делиться своими воспоминаниями…

Все началось с 1964 года, когда я со своим другом Владимиром Алейником пошел заниматься автомоделизмом на станцию юных техников. В то время в Жодино выпустили первую модель автомобиля «БЕЛАЗ», грузовик этот произвел большой фурор, и мы с Володей решили сделать модель данной машины. Съездили на завод, взяли чертежи и приступили к изготовлению рамы. Запчасти делали из пластмассы и металла, в специальных формах отливали колесные диски. Работали над ней кропотливо и с любовью, так что радиоуправляемая машина получилось отличной. Даже на ВДНХ в Москве побывала, а это уже о чем-то говорит.

Шло время. Я закончил школу и в 1966 поступил в политехнический институт, на автотракторный факультет. На базе института образовалась секция картинга, руководителем которой был Аркадий Ступенев. Именно в этой секции я познакомился с Анатолием Альхимовичем, с которым занимался автоспортом на протяжении всей своей карьеры. Этот спорт только начинал развиваться, был зрелищным, давал возможность применить на практике знания полученные во время учебы, и я решил им заняться. В то время карты не были в серийном производстве и приходилось строить их самим, приспосабливать подручные материалы, резину использовали от мотороллеров, позже стали применять «дутики» — задние колеса от самолетов, поэтому любой картингист должен был быть еще и хорошим инженером. Поскольку наша команда была одной из первых, кто стал развивать картинг у нас в республике, призовые места оставались за нами. Позже нас с Альхимовичем пригласили в Республиканский спортивно-технический клуб, где мы и продолжили заниматься картингом.

Тем самым в Эстонии, под руководством Эйно Лооритса, начался выпуск автомобиля «Эстония-15» класса «Формула 4». Они комплектовались мотоциклетными моторами «ИЖ-Юпитер» (2 цилиндра, 347 куб. см., 30-32 л.с.) и были очень легкими (180 кг). Скорость такой машины достигала порядка 150 км/ч. За капризный двухтактный мотор у спортсменов они получили прозвище «чахотка». Но это уже было что-то похожее на гоночный автомобиль, с обтекателями, кузовом из стеклопластика и другими наваротами. Клуб купил две такие машины и, как ведущим спортсменам, как большим активистам, дал эти автомобили нам с Толей. Мы стали на них выступать. Но эта формула требовала серьезного технического вмешательства — меняли фазы газораспределения, изменялась высота перепускных окон, полностью переделывали выхлопную систему и т. д.. Учились то мы в политехе и теоретическая подготовка у нас была, оставалось применить ее на практике. В общем, машины мы подготовили хорошо и в республике были сильнейшие, то Толик одну гонку выиграет, то я. Стали выступать на Чемпионатах СССР. Стабильно ехали в пятерке. На смену «чахоткам» нам пришли новые автомобили «Эстония 18» класса «формула 3». Это были уже серьезные машины, с жигулевским двигателе, объемом 1300 куб. см.. Моторы по правилам соревнований должны были быть стандартные. На них мы и ехали, а скорость была около 200 км/ч. А как мы этого добивались? За счет специальной регулировки и сборки можно из 69 лошадиных сил «выжать» больше, например 80. Добавьте сюда обтекаемость форм, облегченность конструкции.

Гонщиков можно узнать по рукам. Эти руки свидетельствую о тесном контакте с техникой. Конечно, были в клубе и механики, слесари. Но спортсмены, как правило, стараются сами заниматься своей машиной. На трассе, когда скорость уже за 200 километров в час, ты чувствуешь в ней все до последней гаечки, до последнего винтика, слышишь ее дыхание. Успех приходит к тому гонщику, который лучше чувствует свою машину. У меня это чувство было и в 1973 году, за успехи на всесоюзных соревнованиях меня привлекают в сборную команду Советского Союза. В 1975 году приходит первый серьезный успех — второе место в четырехэтапном Чемпионате СССР в классе «формула 3». Победителем тогда стал Энн Гриффель из Эстонии. Выступал я также и в международных гонках, в Германии, Польше, Чехии, Венгрии и других странах. Главным международным стартом для сборной СССР был «Кубок Дружбы Социалистических стран». Результаты здесь у меня были не такие хорошие, как хотелось, так как наши машины (на которых выступали в Союзе) немного не подходили по тех. требованию. Поэтому, накануне перед самой гонкой, Центральный автомотоклуб выделял нам другие автомобили, а подготовить формула за два дня к соревнованиям не удавалось, но в десятке я ехал. В межсезонье выступал в зимних командных ралли. В составе сборной БССР выступал на Чемпионате страны. По правилам старт давался по первой машине, а финиш по последней третьей, так что если одна ломалось, то вся сборная выбывала из соревнований. Приходилось возить с собой жесткую связку, и иногда ее применять — одна машина сломалась, на связку зацепил и едешь таким двойным паровозом, а что делать, финишировать то надо. В одном из Чемпионатов Союза мы призерами были, а так стабильно в шестерке ехали. Как-то во время Чемпионата страны в Прибалтике лопнули стойки лобового стекла. Само стекло оказалось поврежденным крупным камнем. «Сетка» такая, что ничего не видно. Пришлось выбить стекло. Скорость приличная, крыша над головой раскачивается, прямо в лицо дождь и ветер. В таких условиях 300 километров с моим штурманом преодолели. Вот тут бы съемки провести, любой приключенческий фильм бы украсили. Также у меня была и легковая кольцевая машина — ВАЗ 2103, по сути, она был тягачом для формулы, но и в гонках я на ней тоже участвовал, был чемпионам Республики.

Шли годы, начала приходить все новая и новая молодежь, и мы с Анатолием Альхимовичем решили спорт оставить. Встали в новое русло — развитие автоспорта. Толя стал директором РСТК, я его заместителем. Был организатором соревнований, судьей. Каждый год ЦАМК собирал в Москве сборы, где готовили автомобильных судей, приглашали на сборы и нас.

Все было хорошо, спорт развивался, проходило много соревнований, но в 1991 году распался Советский Союз. Перестал финансироваться спорт, сократилось число соревнований и спортсменов. Быть «сторожем этого кладбища» я оставаться не хотел и из клуба решил уйти.

Сейчас стараюсь не пропускать трековые и кроссовые гонки, болею за своих, за команду РСТК (ныне РУСЦ БелОСТО), очень жалко смотреть на этих ребят, когда они ковыряются в этой груде металлолома, в этих «убитых на нет машинах», что-то вроде потихоньку начинает восстанавливаться, остается надеяться на лучшее.

Беседовал Борис Самкович

Валерий Леонидович Лукашевич — гонка, длинною в жизнь.: 1 комментарий

  1. да … печально наверное смотреть, как дело твоей жизни погибает! но мне кажтся что сейчас не всё так плохо, и всё уже по-тиху востанавливается!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *